А одиночество бывает сразу —
С последними прощальными гудками.
Рассунуты скорей рукопожатья,
Один толчок, назад поплыл перрон,
Друзья бегут,
заглядывают в окна,
Но круто обрывается платформа...
И ты один — в дороге.
Семафоры
Поднимут руки вверх,
страшась разгона.
Мелькнут пакгаузы —
и город кончен.
Пошли писать поляны и поля.

Вечерний лес дорогу распахнет
У дымного открытого окна,
Закурит не спеша,
и будет молча
Глядеть тебе в глаза,
припоминая,
Что будто где-то видел он тебя...

1938-1939