В Германии,
               куда ни кинешься,
    выжужживается
                 имя
                    Стиннеса.
    Разумеется,
              не резцу
                     его обрез_а_ть,
    недостаточно
 10             ни букв,
                        ни линий ему.
    Со Стиннеса
                надо
                     писать образа.
    Минимум.
    Все -
          и ряды городов
                         и сёл -
    перед Стиннесом
 20                 падают
                           ниц.
    Стиннес -
              вроде
                    солнец.
    Даже солнце тусклей
                        пялит
                              наземь
    оба глаза
              и золотозубый рот.
 30 Солнце
           шляется
                   по земным грязям,
    Стиннес -
              наоборот.
    К нему
           с земли подымаются лучики -
    прибыли,
             ренты
                   и прочие получки.
 40 Ни солнцу,
               ни Стиннесу
                           страны насест,
    наций узы:
    "интернационалист" -
                         и немца съест
    и француза.
    Под ногами его
                   враг
                        разит врага.
 50 Мертвые
            падают -
                     рота на роте.
    А у Стиннеса -
                   в Германии
                              одна
                                   нога,
    а другая -
               напротив.
    На Стиннесе
 60             всё держится:
    сила!
    Это
        даже
             не громовержец -
    громоверзила.
    У Стиннеса
               столько
                       частей тела,
    что запомнить -
 70                 немыслимое дело.
    Так,
    вместо рта
               у Стиннеса
                          рейхстаг.
    Ноги -
    германские желдороги.
    Без денег
              карман -
    болтается задарма,
 80 да и много ли
                  снесешь
                          в кармане их?!
    А Стиннеса
               карман -
                        госбанк Германии.
    У человеков
                слабенькие голоса,
    а у многих
               и слабенького нет.
 90 Голос
          Стиннеса -
                     каждая полоса
    тысячи
           германских газет.
    Даже думать -
                  и то
                       незачем ему:
    все Шпенглеры -
                    только
100                        Стиннесов ум.
    Глаза его -
                божьего
                        глаза
                              ярче,
    и в каждом
               вместо зрачка -
                               долл_а_рчик.
    У нас
          для пищеварения -
110                         кишечки узкие,
    невелика доблесть.
    А у Стиннеса -
                   целая
                         Рурская
    область.
    У нас пальцы -
                   чтоб работой пылиться.
    А у Стиннеса
                 пальцы -
120                       вся полиция.
    Оперение?
              Из ничего умеет оперяться,
    даже
         из репараций.
                  
    А чтоб рабочие
                   не пробовали
                                вздеть уздечки,
    у Стиннеса
               даже
130                 собственные эсдечики.
    Немецкие
             эсдечики эти
    кинутся
            на всё в свете -
    и на врага
               и на друга,
    на все,
           кроме собственности
                               Стиннеса
140                                     Гуго.
    Растет он,
               как солнце
                          вырастает в горах.
    Над немцами
                нависает
                         мало-помалу.
    Золотом
            в мешке
                    рубахи-крахмала.
150 Стоит он,
              в самое небо всинясь.
    Галстуком
              мешок
                    завязан туго.
    Таков
          Стиннес
    Гуго.

    П_р_и_м_е_ч_а_н_и_е.

    Не исчерпают
160              сиятельного
                             строки написанные -
    целые
          нужны бы
                   школы иконописные.
    Надеюсь,
             скоро
                   это солнце
    разрисуют саксонцы.

    [1923]